Забытое эхо большого улья 10/10

     «Глобальный исход москвичей из общих ульев в личные гнёзда»

      Выражение из фильма «Покровские ворота»

Мы вышли из ульев – из гулких укладов,

где жизнь, как сироп, разливалась впритык,

где каждый был вписан в чужой распорядок

и к общему шуму с рожденья привык.

Где стены гудели, как соты, с рассвета,

где всё было общим – от ссор до вины,

и даже любовь предусмотрена сметой,

как лишний паёк коммунальной весны.

Там время стекало по жёлтым обоям,

там липли словечки, как тёплый нектар.

Нередко ругались жильцы меж собою.

Немало в раздорах рассыпалось пар.

И вот мы ушли, выбрав лак и белила.

Ни бунта, ни гимна – простой переезд.

Как будто нас тихо весна отселила

от общих инстинктов, насиженных мест.

Добротные гнёзда со спальней и ванной,

удобной гостиной... Прощай, дикий рой!

Здесь можно не слышать чужие прозванья

и даже себя не услышать порой.

Мы ждали так долго... Да здравствует квота,

магический ордер и подпись-печать!

Как славно впервые не быть «для кого-то»,

и выйти в пижаме, и в голос кричать.

Но странное дело: чем тише и чище,

чем больше пространства судьба может дать,

тем явственней рой потерявшийся ищем –

он кажется раем, в каком благодать.

Как будто внутри, за фасадом идиллий,

гудит неотключенный прежний мотор –

и тянет туда, где мы были едины,

пусть даже сливаясь в бессмысленный хор.

И вдруг понимаешь средь нового света,

вдыхая свободу заветной земли:

мы вышли из улья, но арии лета,

жужжащие соты – из нас не ушли.

И в каждом гнезде, где ни звука порою,

где воздух разрежен до чистой черты,

легко различить, что, спасаясь от роя,

мы просто сменили масштаб пустоты.

В уютном гнезде, обжито'м и отдельном,

где тишь возвели в абсолютный закон,

становится ясно: свобода бесцельна,

когда от себя не спасает балкон.